2019-08-20T15:50:32+03:00

Лиля Брик считала: чем Маяковскому будет больнее, тем лучше станут его стихи

Вышла в свет книга Алисы Ганиевой «Л.Ю.Б. Ее Лиличество Брик на фоне Люциферова века» - самая откровенная биография легендарной женщины, сводившей с ума десятки мужчин
Поделиться:
Комментарии: comments21
Репродукция с фотографии "Лиля Брик и Владимир Маяковский в фильме "Закованная фильмом" (1918 г.) Фото ТАССРепродукция с фотографии "Лиля Брик и Владимир Маяковский в фильме "Закованная фильмом" (1918 г.) Фото ТАСС
Изменить размер текста:

В издательстве «Молодая гвардия» вышла книга Алисы Ганиевой «Л.Ю.Б. Ее Лиличество Брик на фоне Люциферова века» - самая откровенная биография легендарной женщины, сводившей с ума десятки мужчин. О ее долгой жизни и бесчисленных увлечениях Алиса рассказала «КП».

«ДИАГНОЗ «НИМФОМАНИЯ» ЕЙ СТАВИТЬ НЕЛЬЗЯ»

- Открываешь статью в википедии про Лилю Брик - и там она с ходу определяется как «муза русского авангарда»…

- Еще ее называли волшебницей, феей, спасительницей, вдохновительницей поэтов и художников. Другие называли ведьмой, роковой женщиной, сторонницей свободных сексуальных нравов, отчасти феминисткой. Определений много, и не со всеми я согласна - но женщина она, конечно, очень современная, хотя ее и не стало больше сорока лет назад.

- Поддерживая поэтов и художников, она ничего не создала сама. Ни одного великого стихотворения, картины или статуи.

- И совершенно этого не стеснялась. Мне кажется, она не испытывала реальных амбиций ни в одной сфере искусства. Для нее это было скорее хобби, развлечениями. Она пыталась учиться на архитектора, проявляла способности к математике, занималась скульптурой в Мюнхене, но ко всему быстро остывала и переключалась на что-то другое. И то же самое было у нее с мужчинами: один роман сменялся другим. В этом плане маяковед Зиновий Паперный был прав, когда сказал, что главным искусством Лили Брик была ее личная жизнь. Вот в этом пространстве она стала великим мастером и гением.

- Некоторые исследователи называли ее нимфоманкой.

- Но это медицинский диагноз, который в данном случае неприменим. Для настоящих нимфоманок характерна неразличимость сексуального объекта: грубо говоря, им совершенно все равно, с каким мужчиной заниматься сексом, со старым или молодым, красивым или уродливым… Конечно же, ничего подобного у Брик не было. Она была сексуально раскрепощенной, даже по нынешним меркам - но очень аккуратно выбирала мужчин, в которых влюблялась. Точнее, тех, кого влюбляла в себя. Это известные, богатые, влиятельные люди типа партийного деятеля Александра Краснощекова, который в начале 20-х руководил марионеточной Дальневосточной республикой, или Виталия Примакова, высокопоставленного красного командира, который стал одним из мужей Лили, а в 1937-м был расстрелян вместе с Тухачевским… Ее попадания были точечные и верные. И, наверное, ее связи с такими мужчинами были еще и способом остаться в живых в лютую эпоху большого террора, арестов и тотальной лжи.

- При этом она говорила, что единственным ее любимым мужчиной был Осип Брик, первый законный муж. Известна ее фраза: «Когда застрелился Маяковский, умер Маяковский, а когда умер Осип - умерла я»… Что он был за человек?

- Надо сказать, что разговоры из серии «А что они сами сделали в жизни выдающегося?» преследуют не только Лилю Юрьевну, но и Осипа Максимовича. Хотя многие современники отзывались о Брике как о блестящем теоретике литературных движений, таких, как «Левый фронт» - ЛЕФ. Он сочинял манифесты, делал журналы, потом писал либретто, сотрудничал со многими театрами. Был продюсером и агентом Маяковского. Именно они с женой спонсировали его поэтические сборники, на первых порах просто помогая деньгами… При этом одно время Брик сотрудничал с ОГПУ, а в 90-е годы было раскопано, что и у Лили имелось удостоверение сотрудницы этой организации. Осип Максимович всю жизнь держал нос по ветру, умел дружить с нужными людьми, всегда находился в той группе, которая если и преследуется, то не очень сильно.

Умер он в 1945 году, возвращаясь домой с работы в ТАССе. Поднимался по лестнице на пятый этаж, и на втором мгновенно скончался от паралича сердца… Но страшные сталинские десятилетия он прожил неплохо, его не коснулись ни чистки, ни «воронки» - отчасти благодаря Лиле, которая аккуратно его перетаскивала из одного брака в другой. Он всегда был невидимым третьим персонажем, и главным для Лили углом ее любовных треугольников.

Поэт Маяковский и его главная муза Лиля Брик. Фото: Wikimedia Commons

Поэт Маяковский и его главная муза Лиля Брик. Фото: Wikimedia Commons

«ИЗМЕНИЛА? ПРИМИ ВАННУ И УСПОКОЙСЯ»

- При этом у Лили и Осипа не было плотских отношений…

- Поначалу были. Она долго его добивалась. Семь лет ходила за ним по пятам и признавалась ему в любви. Удивительная для Лили история - обычно мужчины сохли по ней, а не наоборот. Они встретились, когда ей было 13 лет, а он был мальчиком-гимназистом на три года старше, и это была ее первая любовь. В 1912 году, когда ему было 24, а ей - 20, Лиля и Осип поженились, и первые два года у них все было безоблачно, в том числе и в сексуальном плане. Потом она называла это время самым счастливым в своей жизни. Но все равно ходила налево, экспериментировала с другими мужчинами - в их браке это считалось нормальным. Известный анекдот: однажды она повстречалась на Невском то ли с одним, то ли даже сразу с двумя офицерами, изменила мужу, вернулась домой и объявила ему об этом. Спросила: «И что теперь делать?» Он ответил: «Прежде всего - принять ванну». Никакой ревности в их семье не было, она с ходу отметалась как мещанский, дореволюционный атавизм.

А потом их физические отношения сошли на нет. На этот счет было много сплетен. Кем только потом не объявляли Брика: и импотентом, и гомосексуалистом, и человеком с недоразвитыми половыми органами, который чисто физически не мог удовлетворить жену, и мазохистом, который наслаждался тем, что жена ему изменяет… Есть в сексологии еще такой термин «кандаулезизм», произошедший от имени древнего царя Кандавла: тот получал удовольствие, демонстрируя свою обнаженную жену другим мужчинам. И это пытались приписать Брику: мол, ему нравилось, что его жена возбуждает других… Зачатки такого поведения у него, наверное, и впрямь были: Брик порой словно «продавал» жену другим мужчинам, выступая почти что сутенером. Конечно, все это остается на уровне злословия, но историй - правдивых или нет - с этим связано немало. Например, однажды журнал «ЛЕФ» в лице Брика задолжал гонорар Юрию Тынянову, известнейшему писателю и литературоведу. Тот пришел к Брикам за деньгами, обнаружил там одну Лилю, которая его накормила, напоила и соблазнила. Наутро Тынянов заикнулся о деньгах - и Брик ему с вызовом и хохотом ответила: «Как, вы еще и денег хотите?..» Судачили, что это было организовано как раз Бриком, который просто не хотел платить.

Еще говорили, что у него была очень развита логика, которая подавляла и душила нормальную эмоциональную сторону личности. Виктор Шкловский считал, что Брик просто был «страшным циником», жену свою не любил и не ревновал, а ее это очень мучило. А Галина Катанян, у которой Лиля Брик потом увела мужа, считала, что всей своей жизнью, всем своим безудержным промискуитетом, Лиля пыталась доказать Осипу: пусть даже он ее не хочет, другие-то мужчины все равно хотят…

Так или иначе, в 1925 году Осип, продолжая ночевать у Лили, стал официально жить с женой режиссера Жемчужного Евгении Соколовой-Жемчужной, молодой, крепкой, светловолосой. Видимо, в нее он влюбился по-настоящему: если его либидо дремало, Евгения его разбудила. Но, конечно, насовсем от Лили уйти он не мог. Она фыркала насчет его новой жены, считая ее этакой сдобной простушкой, с которой не о чем разговаривать. Но браку не препятствовала. Все равно Осип и Лиля постоянно общались, и в заграничные поездки он ездил только с ней, а не с новой супругой.

Книга Алисы Ганиевой «Л.Ю.Б. Ее Лиличество Брик на фоне Люциферова века»

Книга Алисы Ганиевой «Л.Ю.Б. Ее Лиличество Брик на фоне Люциферова века»

- Как ее мужья и любовники относились к постоянному присутствию Осипа Брика в ее жизни?

- Смирялись. В этом ее загадка. Ее харизма, какой-то гипноз, мог подчинить себе волю самого сильного и сурового мужчины, будь он тысячу раз красным командиром. Виталий Примаков поначалу страшно ревновал Лилю и к Осипу, и к другим людям из ее донжуанского списка - например, к Юсупу Абдрахманову, киргизскому большевику и партийному деятелю. Но в конце концов смирился! Впрочем, и Лиля Брик умела адаптироваться к своим мужчинам, и с 1930 по 1936 год, пока была замужем за Примаковым, старалась хранить ему верность, покорно ездила с ним по провинциальным городам, на военные учения - словом, вела добродетельную жизнь жены комкора. Она умела, когда надо, прилаживаться и к мужчинам, и ко времени.

- При всей харизме она не была красавицей…

- Да, если придираться: неправильные черты лица, маленькая, немного кифозная фигурка, на фотографии “ню” – совсем не идеальная попа… Глядя на ее снимки, не всегда понимаешь, что же в ней находили современники. Но все говорят о силе ее испепеляющего взгляда, который был пойман выдающимся фотографом Александром Родченко. Это сочеталось с умением слушать собеседника, особенно талантливого. И с прикосновениями - многие мужчины вспоминали, что она буквально хваталась за них руками, одновременно глядя в глаза. Свойство немного мефистофельское - недаром Андрей Вознесенский в стихах называл ее ведьмой.

Всему этому трудно научиться. И, тем не менее, не сомневаюсь: сегодня у нее не было бы отбоя от учениц, открой она курсы - с легкостью монетизировала бы свои природные таланты и стала миллионершей.

КАК ОНА РАСТОПТАЛА СЕРДЦЕ СЕСТРЫ

- В юности она встречалась с Распутиным…

- Замечательный эпизод: со своей свояченицей она поехала в Царское село подыскивать дачу. Сели в поезд. Потом она вспоминала: "Наискось от меня сидит странныи человек и на меня посматривает; одет он в длинныи суконныи кафтан на шелковои пестрои подкладке, высокие сапоги, прекрасная бобровая шапка и палка с дорогим набалдашником, при всем этом грязная борода и черные ногти. Я долго и беззастенчиво его рассматривала, а он совсем скосил глаза в мою сторону, причем глаза оказались ослепительно-синие и веселые, и вдруг прикрыл лицо бороде нкои И фыркнул. Меня это рассмешило, и я стала с ним переглядываться". Это оказался Распутин, он дал ей телефон, предложил ей попить чайку - «И мужа приводи!» Ее одолевало страшное искушение поближе познакомиться с таким интересным человеком. Но Осип оказался резко против, фигура Распутина ему была уж слишком неприятна, о его эзотерических оргиях и влиянии на царскую семью ходили самые фантастические сплетни. Может, Осип решил, что лучше не связываться? И Лиля лишилась интересного приключения. Потом только заглядывалась на извозчиков, в которых ей чудился Распутин… Опять-таки интересно, что, с одной стороны, Лиля Осипу изменяла, с другой - всегда информировала его о мужчинах, с которыми встречалась.

- У Лили Брик была младшая сестра, Эльза, впоследствии уехавшая во Францию и ставшая писательницей Эльзой Триоле. В молодости она страшно завидовала Лиле, которая казалась ей уверенной в себе красавицей. Однажды Эльза влюбилась в молодого поэта Владимира Маяковского и познакомила с Лилей. А та посмотрела на него - и увела…

- У Лили была одна удивительная особенность: она гипнотизировала не только мужчин, но и женщин. Те, у кого она уводила любимых и мужей, были склонны ее прощать, и потом восхищаться ею. И Эльза потом простила Лиле, что она разбила и растоптала ей сердце. Она всю жизнь росла в тени старшей сестры, родители обожали Лилю, а Эльзе уделяли куда меньше внимания. Подростком она была полна комплексов, а Лиля, наоборот, не страдала никакой самокритикой, ничего не стеснялась, могла ходить по дому голой или на людях надевать прозрачные платья. Отчасти она была лишена и эмпатии. Да, она очень многим помогала, вытащила из тюрьмы режиссера Сергея Параджанова, спасла от голодной смерти поэта Николая Глазкова, вообще невероятно ценила людей, способных производить новые смыслы - но в личной жизни бывала удивительно жестокосердна. И не погнушалась отобрать у шестнадцатилетней младшей сестры поклонника, Маяковского - именно потому, что увидела в нем великого поэта. Сестра долго мучилась, но Лилю это не особенно заботило.

- Эльза сама неосторожно привела его в гости к сестре и Осипу Брику…

- До этого Лиля видела Маяковского мельком и не обращала на него особого внимания: ну, какой-то неотесанный высокий футурист. А тут он начал читать «Облако в штанах» - и Лиле мгновенно стало ясно, с какого масштаба дарованием она столкнулась. Она поняла, что надо его приручать. Маяковский влюбился в Лилю, и больше они, по сути, не расставались.

- Есть знаменитая история, как Лиля и Осип Брик пошли предаваться любви, а Маяковского заперли на кухне. Он выл, царапался и страдал, а им было наплевать.

- А вот это как раз неправда! Это миф, пущенный в перестройку Андреем Вознесенским. Вообще никакой «любви втроем» с Бриком и Маяковским у Лили не было. Да, все трое жили под одной крышей, но когда у Лили начались отношения с Маяковским, любые физические отношения с Бриком уже были позади. Но на первых порах Маяковский не мог поверить, что Лиля с мужем не спит, и очень ревновал, сочинял стихи, полные страсти и ревности. «Если вдруг подкрасться к двери спаленной, перекрестить над вами стёганье одеялово, знаю - запахнет шерстью паленой, и серой издымится мясо дьявола. А я вместо этого до утра раннего в ужасе, что тебя любить увели, метался и крики в строчки выгранивал, уже наполовину сумасшедший ювелир»… Ну что ж, и в этом, в «шерсти паленой» - тоже дьявольское начало Лили Брик, очень сильное, несмотря на все ее положительные черты.

Она воспитывала Маяковского, пестовала, исправляла в его стихах орфографические и пунктуационные ошибки. А еще провоцировала его, умело им манипулировала - и заставляла мучиться, потому что руководствовалась девизом «Поэт должен страдать». Чем поэту больнее и хуже, тем более талантливые стихи он пишет. Однажды, в самом конце 1922 года, она отлучила его от себя на два месяца: «Нам лучше не видеться, встретимся 28 февраля 1923-го и решим, как жить дальше». Эти два месяца для Маяковского были адом. Он сидел у себя в квартире, писал поэму «Про это», рукопись которой буквально закапана слезами, все время бегал со своего Лубянского проезда в Водопьяный переулок, где жила и веселилась Лиля, посылал ей бесконечные записочки, ненавидел себя, думал о самоубийстве. А Лиля сообщала сестре: «Прошло уже больше месяца: он днем и ночью ходит под окнами и написал лирическую поэму в 1300 строк. Значит, на пользу! Я в замечательном настроении…»

- Маяковский выполнял все ее капризы: она вертела им, как игрушкой.

- И в этом тоже проявлялась ее человеческая глухота. Ей даже в голову не приходило, что как-то неудобно отправлять влюбленного в нее большого поэта стоять в очередях за нижним бельем. Когда Маяковский выезжал за границу, она всегда снабжала его огромными списками всего, что нужно купить и привезти: ткань, платья, духи, галантерея… Кульминацией стало то, что она потребовала от Маяковского купить в Париже детали для мотоцикла ее очередного любовника, режиссера Льва Кулешова, а потом и вовсе выклянчила автомобиль, который стоил бешеных денег, и который в СССР приобрести было невозможно. Маяковский отказывал себе во всем, обивал пороги парижских издательств, выбивал авансы, скреб по сусекам, но машину «Рено» для Лили все-таки купил. Их переписка сохранилась, ее издал и прокомментировал шведский Бенгт Янгфельдт, на книги которого я опиралась. И эта переписка довольно инфантильная по языку, там много сюсюканья. И Лиля все время ноет: «У-у-у-у, Волосик, хочу машинку, хочу «реношку», ну неужели не будет автомобильчика?» Ей совершенно все равно, через что ему придется ради этого пройти… Но, видимо, некоторым мужчинам нравится, когда ими вертят. Когда женщина уверена в себе, чего-то хочет и дает конкретные задачи. Выполнить их - значит совершить подвиг во имя любимой. А Маяковскому к тому же, безусловно, был свойственен определенный мазохизм, который она использовала.

- При этом главное, чего Брик хотела - быть его единственной музой. Чтобы его стихи были посвящены только одной женщине - ей самой.

- Лиля ничего не имела против его легких романчиков на стороне. Она ведь еще и хотела свободы для себя, и в этом смысле Маяковский зачастую путался под ногами - мешал то ее страсти к Кулешову, то к искусствоведу Николаю Пунину. Поэтому она иногда буквально подсовывала ему девушек, чтобы он как-то на них отвлекся. Например, комсомолка Наташа Брюханенко была готова всюду его сопровождать - ради Бога, Лиля была только рада.

Но тут таилась опасность: отношения с девушками могли зайти слишком далеко. И всякий раз, как Маяковский всерьез увлекался другой женщиной, отклоняясь от намеченного Лилей курса, она подключала нежность и обаяние, начинала писать ему душевные письма. Очень напряженная ситуация сложилась в 1925 году, во время поездки Маяковского в Америку: он на несколько месяцев как бы отключился от Лили, его захватили новые впечатления и эмоции, и он начал всерьез подумывать об эмиграции - есть свидетельства, что он хотел стать невозвращенцем. У него начался роман с американкой Элли Джонс, которая от него забеременела. И вот тут у Лили началась настоящая паника. Обстоятельства не дали поэту остаться с Элли, но через пару лет они пересеклись во Франции, где Маяковский увидел свою дочь… И тут же Эльза Триоле свела его с Татьяной Яковлевой, эмигранткой из России, ставшей популярной парижской моделью. Буквально сосватала ее, чтобы нейтрализовать опасную американку. Но в Татьяну Яковлеву Маяковский тоже влюбился всерьез, к новому огорчению Лили. Он загорелся идеей вернуть Татьяну на родину, готов был на ней жениться - но она не была готова менять свою богатую светскую жизнь на советскую, и в этом смысле их отношения были обречены.

- Маяковский, похоже, был влюблен в Яковлеву гораздо сильнее, чем она - в него…

- Он всегда, когда влюблялся, влюблялся сильно. Он был аффектированным человеком, его чувства моментально вспыхивали, как пламя - и он вел себя с женщинами как холерик: рвался скупать все букеты и конфеты в округе, предлагал руку и сердце. Он оплатил в цветочной лавке доставку цветов для Яковлевой - они продолжали приходить много месяцев, даже после его самоубийства. Сумасшедшинка, которая плясала у него в глазах, пугала и отталкивала многих женщин, не все ее могли выдержать. В этом смысле он не был создан для мирной домашней жизни и уюта, и, наверное, импульсивная Лиля действительно была единственной, кто ему подходила.

Статус единственной музы Маяковского она всю жизнь защищала зубами и когтями, всем, чем можно. Когда в 50-е его стихи, посвященные Яковлевой, всплыли, и все узнали, что Лиля Брик была не единственной его любовью, она страшно переживала…

«ВОЛОДЯ ЛАСКОВО ВКЛАДЫВАЕТ МНЕ В РУКУ ПИСТОЛЕТ…»

- Через несколько лет после его самоубийства Лиля Брик написала письмо Сталину, где утверждала, что Маяковского начинают забывать. Сталин наложил на письмо знаменитую резолюцию «Маяковский был и остаётся лучшим и талантливейшим поэтом нашей советской эпохи», и его стали издавать колоссальными тиражами. Поскольку в предсмертной записке Маяковский указал Лилю Брик как члена своей семьи, она начала получать серьезные денежные отчисления от публикации его стихов. Но еще в записке были указаны мать, сестры и Вероника Полонская. И сестры Маяковского Лилю ненавидели страшной ненавистью…

- У Людмилы и Ольги Маяковских поначалу были сносные отношения с Лилей. Они спокойно сидели рядом на официальных мероприятиях. Потом раскол расширялся: сестрам не нравилось, что Лиле доставалось больше денег, чем им. В конце 40-х и начале 50-х началась волна государственного антисемитизма, и уже правительству не нравилось, что «лучший и талантливейший», официальное лицо советской поэзии, был связан с еврейкой Лилей. Вообще их связь выглядела частной мелкой любовной историей, которая не устраивала главного идеолога СССР Михаила Суслова и его подпевал. И в борьбе с Лилей использовали Людмилу, которая подключилась с большим удовольствием (Ольга умерла в 1949-м, Людмила дожила до 1972-го. - Ред.) Людмила иногда опускалась до доносов на Лилю. Она добилась переноса музея Маяковского из дома в Гендриковом переулка на Лубянку, где был его кабинет - потому что в Гендриковом все было связано с Лилей. Она настаивала, чтобы портреты Лили изымались из экспозиций, посвященных Маяковскому, и вообще сделала все, чтобы Брики воспринимались как два клопа, присосавшиеся к великому поэту…

Людмила и Ольга были старыми девами, честными женщинами, которые, в отличие от Лили, всю свою жизнь работали - и понятно, как они к ней относились чисто по-человечески. При этом не стоит воспринимать Людмилу как маленькую серую бездарную мышь - она была по своему талантлива, занималась дизайном тканей, изобрела новые способы их окрашивания, была за них даже награждена на Всемирной выставке в Париже. Но ни детей, ни семьи, ни мужчин у нее не было. Был только брат. Они с Ольгой пытались даже женить Владимира, подсовывали ему с этой целью Зинаиду Райх, которая потом стала женой Мейерхольда - но не получилось. Он был зависим от Лили.

- Многие считают, что если бы весной 1930 года Брики не отправились в очередную заграничную поездку, а были рядом с Маяковским, он не покончил бы с собой, и протянул бы чуть дольше.

- А так на него накинулась черная депрессия. Он осознал, как мало вокруг него настоящих верных товарищей и соратников. На его выставку «20 лет работы» не пришли ни крупные писатели, ни руководство страны. На выступлениях его освистывали. И, наверное, это было большой ошибкой Лили и Осипа - зная, что он в таком состоянии, уезжать в Европу

Потом он постоянно снился Лиле. "Я сержусь на Володю за то, что он застрелился, а он так ласково вкладывает мне в руку крошечный пистолет и говорит: все равно ты то же самое сделаешь". Она действительно думала застрелиться вслед за ним, но у нее нервы были крепче - и она пережила его на 48 лет. Стала легендой московской богемы. Многие ее обожали, а многие ненавидели, считая то чекисткой, то какой-то вавилонской блудницей. По советским меркам она жила в роскоши - у нее были деликатесы, изысканные духи, роскошные платья. Ив Сен-Лоран, с которым она познакомилась во время очередного визита в Париж, преподнес ей множество платьев, сшитых специально для нее, и песика своего назвал «Мужик» - той кличкой, которую ему дала Лиля. Она, впрочем, была очень щедра по отношению к друзьям и осыпала их подарками. А в конце жизни сломала шейку бедра, и не захотела жить прикованной к постели. Некоторые считают, что она знала о том, что ее последний муж Василий Катанян болен раком, и испугалась, что он умрет первым, а она останется в одиночестве…

Лиля Брик покончила с собой в августе 1978-го. Незадолго до этого ее спросили: «А вы хотите быть похоронены рядом с Маяковским?» Она решительно ответила: «Нет!» - А где?» - «Нигде!» И после мучительно долгой паузы вдруг резко сказала: «Надругаются!» Ее прах развеяли в Подмосковье, а потом на этом месте поставили валун с буквами «Л.Ю.Б.»…

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также